Страниц всего: 106
[1-10] [11-20] [21-30] [31-40] [41-50] [51-60] [61-70] [71-80] [81-90] [91-100] [101-106]

Симонов К. М. -- Последнее лето


– На поезде из Рязани вчера в двадцать три часа, прямо к Анне Петровне на квартиру. Не решились вас беспокоить, да и уставши он был. – Где ж вы его там устроили? – В комнате на кровать положили. «Да, испортил он вам последнюю ночь перед разлукой», – подумал Серпилин, надевая фуражку. «Виллис» стоял тут же возле корпуса за утлом. Отец еще не вылезал из него, сидел на переднем сиденье, рядом с водителем, и, повернувшись к нему, о чем-то расспрашивал. Когда Серпилин подошел, до него долетел обрывок вопроса: – Ну, а если, скажем, жены у кого нет, кому аттестат? – Здравствуй, – сказал Серпилин, вплотную подойдя к «виллису» с той стороны, где сидел отец. Отец, еще не поворачиваясь, словно не расслышав, приложил руку к уху ...

- 41 -


– Ты-то как сам? – спросил Серпилин. – Анатолий говорил, с начала войны опять работаешь. – Не с начала. С начала еще задумывался: все же семьдесят пятый пошел. А потом, как к первой зиме стали мужиков под гребенку мести, надумался, пошел врачевать… – Тяжело? – А что ж, на печи лежать да волком выть легче, что ли? А если про саму работу – на пустой желудок у людей болезней меньше. Травмы там или кожное что… А так другого чего – мало. Чирьев, правда, много, от истощения, – вспомнил он. – Ну, а если болезнь такая, что ее только хлебом с маслом лечить, тут чем поможешь? Ветеринар некормленую корову и ту без сена на ноги не подымет. С работой при своих годах справляюсь. Врачую. Чиряк или флегмону вскрыть – руки не дрожат. И зуб, коли надо, могу вырвать… Тебе не надо? ...

- 42 -


– Возьми для своего околотка. Говоришь, лекарств не хватает, тут, верно, много чего есть. – Товарищ генерал!.. В дверях стоял водитель. – Забирай чемодан, поехали! 15 Уже девятый час подряд «виллис» и шедший за ним «додж» прыгали по выбоинам и ухабам Варшавского шоссе. Малоярославец, Медынь и Юхнов остались позади, но до Кричева, за которым предстояло свернуть на свою армейскую дорогу, было еще почти двести километров. Серенький, для первых чисел июня холодный, но сухой день позволял идти по графику, со средней скоростью в сорок километров, хотя шоссе, несмотря на все старания дорожников, было так размолочено войной, что даже эту скорость удавалось держать с трудом. Евстигнеев, подменивший дремавшего теп ...

- 43 -


Гудков остановился на полуслове, наверно, решил, что развел лишнюю панихиду, и добавил другим, бодрым голосом: – А все же как-никак живут люди и не жалуются. Тем более считают: война теперь недолгая. «Живут-то живут, – подумал Серпилин, – и жалуются так редко, что шапку за это перед ними надо снять. А ты при своем генеральском положении если и не ешь на фронте по целым дням, лишь потому, что некогда об этом вспомнить. Живешь, освобожденный от мысли, чем набить желудок. И правильно: слишком много всего на твоих плечах, чтобы думать еще и об этом. А все же вспомнишь, как люди в тылу живут, и вроде неловко перед ними…» Гудков вдруг фыркнул за его спиной. – Анекдот, что ли, вспомнили? – Вот именно анекдот, товарищ командующий. Вспомнил, как свояк про ...

- 44 -


«Везет Серпилину, что он с таким членом Военного совета!» – подумал Батюк, вспомнив о первом члене Военного совета фронта – Львове, которому только что звонил. Порученец Львова ответил, что товарищ Львов лег в шесть утра и еще спит. Даже не спросил, как сделал бы на его месте всякий другой: не надо ли разбудить? Спит – и все тут! Видно, считает, что хоть и командующий звонит, а Львова все равно будить не положено. Так и не услышав этого привычного для слуха вопроса, Батюк сказал сам: «Не буди. Как встанет, доложи, что я звонил». И положил трубку. Львова он будить и не собирался. Наоборот: вызвав и себе Серпилина и Захарова на девять утра, почти наверное знал, что Львов будет в это время спать. Но позвонить ему счел нужным, чтобы иметь потом возможность сказать: «Командую ...

- 45 -


Встретив вошедших, Батюк первому пожал руку Серпилину – тот и вошел первым, – а Захарова обнял со словами: – С твоим командующим пять дней назад кефир пили, а с тобой как-никак почти полтора года не виделись. Потом повернулся к Серпилину и оглядел его с головы до ног: – Совсем хорошо выглядишь! – Не только выгляжу, но и чувствую себя хорошо, товарищ командующий. – Что нам и требуется! А то тут один товарищ опасался, как бы тебя к нам больного не выписали. А ты вон какой! Здоровей, чем был. Часом, не женился за это время? – Пока нет. – Звонил Львову, – повернулся Батюк к Захарову, – хотел вас принять вместе с ним. Но, к сожалению, спит. Поздно ложится… А он как у тебя, – теперь обращаясь уже к Серпилину, кивнул Батюк на Захарова, – ...

- 46 -


Серпилин хотел было сказать, что независимо от их разных мнений о Кузьмиче заместитель командующего особой погоды в армии все же не делает, но вовремя вспомнил, что Батюк еще недавно сам сидел на такой же должности, только во фронтовом масштабе, и, чего доброго, примет это на свой счет. – Как его здоровье-то? Подставки хоть держат? – спросил Батюк, смягчаясь от молчания Серпилина, потому что ему на его характер молчание чаще всего казалось знаком согласия. – Чувствует себя неплохо, – сказал Серпилин. – Кроме прочих обязанностей, возложили на него наблюдение за оперативной маскировкой. Сам летает, смотрит сверху – как с точки зрения немцев, – не видать ли у нас чего, нет ли нарушений. Уже двенадцать часов налетал. Вчера докладывал. – Только этого не хватало, еще и ...

- 47 -


Но, пересилив себя, решил, что все-таки нужно поехать и рассказать, и сел в «виллис». Машина разворачивалась, скользя по склону, вдавливая в землю молодую траву. «Еще сыровато по этому времени года. Хорошо бы, к началу наступления как следует просохло», – подумал Захаров, глядя на следы от колес. Захаров был прав. Серпилину действительно запала в память забота Львова о его состоянии здоровья. Но хотя и запала – думать об этом было совершенно некогда до самой ночи! Встреча с соседом вместе с дорогой туда и назад отняла почти пять часов. Сосед поначалу с долею горечи пошутил, обозвал «захватчиком». «Сперва на целый корпус в твою пользу ограбили, а теперь еще территориальные требования ко мне предъявляешь!» Но потом согласился с целесообразностью этой перед ...

- 48 -


Подумал: куда тыкаться? Но повезло! Из темноты, с крыльца, его окликнул женский голос: – Синцов, что ли? – Я, – отозвался Синцов, вглядываясь в темноту. На ступеньках крыльца сидела Зинаида Сергеевна, или просто Зинаида, с которой Таня всегда старалась жить вместе, в любом закуте, но вдвоем, ценя ее мужской товарищеский характер и готовность, если надо, выручить, уйти безо всякого. – Сразу увидела тебя, – сказала Зинаида. – Длинный, тебя не спутаешь. Садись, покурим… Синцов сел рядом с ней и в темноте пожал ее жесткую и широкую мужскую руку. – Где Таня? – спросил он, уже понимая, что Тани здесь нет; иначе Зинаида не сказала бы ему: «Садись, покурим». И тревожно подумал: вдруг, как назло, как раз сегодня заночевала в госпитале… – Зд ...

- 49 -


– Ничем ты никому не обязан, – сказала она и снова зашептала свое: – Ну зачем, зачем ты согласился? – с таким укором, словно его согласие пойти в адъютанты не совпадало с ее представлениями о нем. – Как ты не понимаешь, – наконец сказал он, – что я сам не хотел этого? – Эх ты, христосик! Не хотел, а пошел… – И ты бы пошла, если б тебе сказали, что ты нужна. – Не пошла бы, – сердито сказала Таня. Он был уверен, что пошла бы, но спорить не стал. – Ты должен уйти, все равно должен. – Я и уйду. Будет затишье после боев, и уйду. – А когда это будет? – Не знаю. – Вот видишь, ничего ты не знаешь… – на самом деле хорошо поняв его, придралась она к слову. – А ты сделай так, чтобы он сейчас тебя прогнал. – Что ...

- 50 -



Страниц всего: 106
[1-10] [11-20] [21-30] [31-40] [41-50] [51-60] [61-70] [71-80] [81-90] [91-100] [101-106]