Страниц всего: 64
[1-10] [11-20] [21-30] [31-40] [41-50] [51-60] [61-64]

Достоевский Ф. М. -- Униженные и оскорблённые


Да, слезы о бедной Нелли, хотя я в то же время чувствовал непримиримое негодование: она не от нужды просила; она была не брошенная, не оставленная кем-нибудь на произвол судьбы; бежала не от жестоких притеснителей, а от друзей своих, которые ее любили и лелеяли. Она как будто хотела кого-то изумить или испугать своими подвигами; точно она хвасталась перед кем-то? Но что-то тайное зрело в ее душе... Да, старик был прав; она оскорблена, рана ее не могла зажить, и она как бы нарочно старалась растравлять свою рану этой таинственностью, этой недоверчивостью ко всем нам; точно она наслаждалась сама своей болью, этим эгоизмом страдания, если так можно выразиться. Это растравление боли и это наслаждение ею было мне понятно: это наслаждение многих обиженных и оскорбленных, пригнетенных судьбою ...

- 51 -


– Этого я не могу решить, Алеша, – отвечал я, – тебе лучше знать, чем мне. – Нет, Ваня, не то; ведь я не так глуп, чтоб задавать такие вопросы; но в том-то и дело, что я тут сам ничего не знаю. Я спрашиваю себя и не могу ответить. А ты смотришь со стороны и, может, больше моего знаешь... Ну, хоть и не знаешь, то скажи, как тебе кажется? – Мне кажется, что Катю ты больше любишь. – Тебе так кажется! Нет, нет, совсем нет! Ты совсем не угадал. Я беспредельно люблю Наташу. Я ни за что, никогда не могу ее оставить; я это и Кате сказал, и Катя совершенно со мною согласна. Что ж ты молчишь? Вот, я видел, ты сейчас улыбнулся. Эх, Ваня, ты никогда не утешал меня, когда мне было слишком тяжело, как теперь... Прощай! Он выбежал из комнаты, оставив чрезвычайное впечат ...

- 52 -


А я пошел к Наташе. Подымаясь на последнюю лестницу, которая, как я уже сказал прежде, шла винтом, я заметил у ее дверей человека, который хотел уже было постучаться, но, заслышав мои шаги, приостановился. Наконец, вероятно после некоторого колебания, вдруг оставил свое намерение и пустился вниз. Я столкнулся с ним на последней забежной ступеньке, и каково было мое изумление, когда я узнал Ихменева. На лестнице и днем было очень темно. Он прислонился к стене, чтобы дать мне пройти, и помню странный блеск его глаз, пристально меня рассматривавших. Мне казалось, что он ужасно покраснел; по крайней мере он ужасно смешался и даже потерялся. – Эх, Ваня, да это ты! – проговорил он неровным голосом, – а я здесь к одному человеку... к писарю... все по делу... недавно переехал... куда-то ...

- 53 -


– А вы его очень любите? – спросила вдруг Наташа. – Да; и вот я тоже хотела вас спросить и ехала с тем: скажите мне, за что именно вы его любите? – Не знаю, – отвечала Наташа, и как будто горькое нетерпение послышалось в ее ответе. – Умен он, как вы думаете? – спросила Катя. – Нет, я так его, просто люблю. – И я тоже. Мне его все как будто жалко. – И мне тоже, – отвечала Наташа. – Что с ним делать теперь! И как он мог оставить вас для меня, не понимаю! – воскликнула Катя. – Вот как теперь увидала вас и не понимаю! – Наташа не отвечала и смотрела в землю. Катя помолчала немного и вдруг, поднявшись со стула, тихо обняла ее. Обе, обняв одна другую, заплакали. Катя села на ручку кресел Наташи, не выпуская ее из своих объятий, и начала ...

- 54 -


Вдруг глаза Наташи засверкали: – А! Это ты! Ты! – вскричала она на меня. – Только ты один теперь остался. Ты его ненавидел! Ты никогда ему не мог простить, что я его полюбила... Теперь ты опять при мне! Что ж? Опять утешать пришел меня, уговаривать, чтоб я шла к отцу, который меня бросил и проклял. Я так и знала еще вчера, еще за два месяца!.. Не хочу, не хочу! Я сама проклинаю их!.. Поди прочь, я не могу тебя видеть! Прочь, прочь! Я понял, что она в исступлении и что мой вид возбуждает в ней гнев до безумия, понял, что так и должно было быть, и рассудил лучше выйти. Я сел на лестнице, на первую ступеньку и – ждал. Иногда я подымался, отворял дверь, подзывал к себе Мавру и расспрашивал ее; Мавра плакала. Так прошло часа полтора. Не могу изобразить, что я вынес в ...

- 55 -


– Да, – отвечала она, тяжело переводя дух и каким-то странным взглядом, пристально и долго, посмотрев на меня; что-то похожее на укор было в этом взгляде, и я почувствовал это в моем сердце. Но я не мог оставить мою мысль. Я слишком верил в нее. Я схватил за руку Нелли, и мы вышли. Был уже третий час пополудни.. Находила туча. Все последнее время погода стояла жаркая и удушливая, но теперь послышался где-то далеко первый, ранний весенний гром. Ветер пронесся по пыльным улицам. Мы сели на извозчика. Всю дорогу Нелли молчала, изредка только взглядывала на меня все тем же странным и загадочным взглядом. Грудь ее волновалась, и, придерживая ее на дрожках, я слышал, как в моей ладони колотилось ее маленькое сердечко, как будто хотело выскочить вон. ГЛАВА VII ...

- 56 -


Нелли приостановилась перевести дух и скрепить себя. Она была очень бледна, но решительность сверкала в ее взгляде. Видно было, что она решилась, наконец, все говорить. В ней было даже что-то вызывающее в эту минуту. – Что ж, – заметил Николай Сергеич неровным голосом, с какою-то раздражительною резкостью, – что ж, твоя мать оскорбила своего отца, и он за дело отверг ее... – Матушка мне то же говорила, – резко подхватила Нелли, – и, как мы шли домой, все говорила: это твой дедушка, Нелли, а я виновата перед ним, вот он и проклял меня, за это меня теперь бог и наказывает, и весь вечер этот и все следующие дни все это же говорила. А говорила, как будто себя не помнила... Старик смолчал. – А потом как же вы на другую-то квартиру перебрались? – спросила Анна ...

- 57 -


– Я сказал, что дождь скоро пройдет, вот и прошел, вот и солнышко... смотри, Ваня, – сказал Николай Сергеевич, оборотясь к окну. Анна Андреевна поглядела на него в чрезвычайном недоумении, и вдруг негодование засверкало в глазах доселе смирной и напуганной старушки. Молча взяла она Нелли за руку и посадила к себе на колени. – Рассказывай мне, ангел мой, – сказала она, – я буду тебя слушать. Пусть те, у кого жестокие сердца... Она не договорила и заплакала. Нелли вопросительно взглянула на меня как бы в недоумении и в испуге. Старик посмотрел на меня, пожал плечами было, но тотчас же отвернулся. – Продолжай, Нелли, – сказал я. – Я три дня не ходила к дедушке, – начала опять Нелли, – а в это время мамаше стало худо. Деньги у нас все вышли, а лекарст ...

- 58 -


Я никогда, ни прежде, ни после, не видал ее в таком состоянии, да и не думал, чтоб она могла быть когда-нибудь так взволнована. Николай Сергеич выпрямился в креслах, приподнялся и прерывающимся голосом спросил: – Куда ты, Анна Андреевна? – К ней, к дочери, к Наташе! – закричала она и потащила Нелли за собой к дверям. – Постой, постой, подожди!.. – Нечего ждать, жестокосердый и злой человек! Я долго ждала, и она долго ждала, а теперь прощай!.. Ответив это, старушка обернулась, взглянула на мужа и остолбенела: Николай Сергеич стоял перед ней, захватив свою шляпу, и дрожавшими бессильными руками торопливо натягивал на себя свое пальто. – И ты... и ты со мной! – вскрикнула она, с мольбою сложив руки и недоверчиво смотря на него, как будто не с ...

- 59 -


Мы сходим к подъезду. Карета действительно премиленькая, и Александр Петрович на первых порах своего владения ею ощущает чрезвычайное удовольствие и даже некоторую душевную потребность подвозить в ней своих знакомых. В карете Александр Петрович опять несколько раз пускается в рассуждения о современной литературе. При мне он не конфузится и преспокойно повторяет разные чужие мысли, слышанные им на днях от кого-нибудь из литераторов, которым он верит и чье суждение уважает. При этом ему случается иногда уважать удивительные вещи. Случается ему тоже перевирать чужое мнение или вставлять его не туда, куда следует, так что выходит бурда. Я сижу, молча слушаю и дивлюсь разнообразию и прихотливости страстей человеческих. «Ну, вот человек, – думаю я про себя, – сколачивал бы себе деньги ...

- 60 -



Страниц всего: 64
[1-10] [11-20] [21-30] [31-40] [41-50] [51-60] [61-64]
Яндекс.Метрика