Страниц всего: 113
[1-10] [11-20] [21-30] [31-40] [41-50] [51-60] [61-70] [71-80] [81-90] [91-100] [101-110] [111-113]

Достоевский Ф. М. -- Идиот


— А князь найдется, потому что князь чрезвычайно умен и умнее тебя по крайней мере в десять раз, а может, и в двенадцать. Надеюсь, ты почувствуешь после этого. Докажите им это, князь; продолжайте. Осла и в самом деле можно наконец мимо. Ну, что вы, кроме осла, за границей видели? — Да и об осле было умно, — заметила Александра: — князь рассказал очень интересно свой болезненный случай, и как всё ему понравилось чрез один внешний толчок. Мне всегда было интересно, как люди сходят с ума и потом опять выздоравливают. Особенно, если это вдруг сделается. — Не правда ли? Не правда ли? — вскинулась генеральша; — я вижу, что и ты иногда бываешь умна; ну, довольно смеяться! Вы остановились, кажется, на швейцарской природе, князь, ну! — Мы приехали в Люцерн, и меня повезли ...

- 11 -


— За что ты всё злишься, не понимаю, — подхватила генеральша, давно наблюдавшая лица говоривших, — и о чем вы говорите, тоже не могу понять. Какой пальчик и что за вздор? Князь прекрасно говорит, только немного грустно. Зачем ты его обескураживаешь? Он когда начал, то смеялся, а теперь совсем осовел. — Ничего, maman. — А жаль, князь, что вы смертной казни не видели, я бы вас об одном спросила. — Я видел смертную казнь, — отвечал князь. — Видели? — вскричала Аглая: — я бы должна была догадаться! Это венчает всё дело. Если видели, как же вы говорите, что всё время счастливо прожили? Ну, не правду ли я вам сказала? — А разве в вашей деревне казнят? — спросила Аделаида. — Я в Лионе видел, я туда с Шнейдером ездил, он меня брал. Как приехал, так и попа ...

- 12 -


VII. Когда князь замолчал, все на него смотрели весело, даже и Аглая, но особенно Лизавета Прокофьевна. — Вот и проэкзаменовали! — вскричала она. — Что, милостивые государыни, вы думали, что вы же его будете протежировать, как бедненького, а он вас сам едва избрать удостоил, да еще с оговоркой, что приходить будет только изредка. Вот мы и в дурах, и я рада; а пуще всего Иван Федорович. Браво, князь, вас давеча проэкзаменовать велели. А то, что вы про мое лицо сказали, то всё совершенная правда: я ребенок и знаю это. Я еще прежде вашего знала про это; вы именно выразили мою мысль в одном слове. Ваш характер я считаю совершенно сходным с моим и очень рада; как две капли воды. Только вы мужчина, а я женщина и в Швейцарии не была; вот и вся разница. ...

- 13 -


— В брак?.. Как?.. В какой брак?.. — бормотал ошеломленный Гаврила Ардалионович. Он ужасно смешался. — Вы женитесь? спрашиваю я, если вы только лучше любите такое выражение? — Н-нет… я… н-нет, — солгал Гаврила Ардалионович, и краска стыда залила ему лицо. Он бегло взглянул на сидевшую в стороне Аглаю и быстро отвел глаза. Аглая холодно, пристально, спокойно глядела на него, не отрывая глаз, и наблюдала его смущение. — Нет? Вы сказали: нет? — настойчиво допрашивала неумолимая Лизавета Прокофьевна; — довольно, я буду помнить, что вы сегодня в среду утром на мой вопрос сказали мне: “нет”. Что у нас сегодня, среда? — Кажется, среда, maman, — ответила Аделаида. — Никогда дней не знают. Которое число? — Двадцать седьмое, — ответил Ганя. ...

- 14 -


— О, очень могу, — отвечал князь, — с самого начала, когда я вошел и познакомился, мы стали говорить о Швейцарии. — Ну, к чорту Швейцарию! — Потом о смертной казни… — О смертной казни? — Да; по одному поводу… потом я им рассказывал о том, как прожил там три года, и одну историю с одною бедною поселянкой… — Ну, к чорту бедную поселянку! Дальше! — рвался в нетерпении Ганя. — Потом, как Шнейдер высказал мне свое мнение о моем характере и понудил меня… — Провалиться Шнейдеру и наплевать на его мнение! дальше! — Дальше, по одному поводу, я стал говорить о лицах, то-есть о выражениях лиц, и сказал, что Аглая Ивановна почти так же хороша, как Настасья Филипповна. Вот тут-то я и проговорился про портрет… — Но вы не пересказ ...

- 15 -


— Отчего же нет? — Прощайте. И он пошел к дверям. Князь узнал потом, что этот господин как будто по обязанности взял на себя задачу изумлять всех оригинальностью и веселостью, но у него как-то никогда не выходило. На некоторых он производил даже неприятное впечатление, отчего он искренно скорбел, но задачу свою всё-таки не покидал. В дверях ему удалось как бы поправиться, натолкнувшись на одного входившего господина; пропустив этого нового и незнакомого князю гостя в комнату, он несколько раз предупредительно подмигнул на него сзади и таким образом всё-таки ушел не без апломба. Новый господин был высокого роста, лет пятидесяти пяти, или даже поболее, довольно тучный, с багрово-красным, мясистым и обрюзглым лицом, обрамленным густыми седыми бакенбардами, в усах, с ...

- 16 -


— Что сегодня? — встрепенулся было Ганя и вдруг набросился на князя. — А, понимаю, вы уж и тут!.. Да что у вас, наконец, болезнь это, что ли, какая? Удержаться не можете? Да ведь поймите же, наконец, ваше сиятельство… — Тут я виноват, Ганя, а не кто другой, — прервал Птицын. Ганя вопросительно поглядел на него. — Да ведь это лучше же, Ганя, тем более что, с одной стороны, дело покончено, — пробормотал Птицын и, отойдя в сторону, сел у стола, вынул из кармана какую-то бумажку, исписанную карандашом, и стал ее пристально рассматривать. Ганя стоял пасмурный и ждал с беспокойством семейной сцены. Пред князем он и не подумал извиниться. — Если всё кончено, то Иван Петрович, разумеется, прав, — сказала Нина Александровна, — не хмурься, пожалуста, и не раздражай ...

- 17 -


Но Ганя спохватился тотчас же, почти в первую минуту своего движения, и нервно захохотал. Он совершенно опомнился. — Да что вы, князь, доктор что ли? — вскричал он, по возможности веселее и простодушнее, — даже испугал меня; Настасья Филипповна, можно рекомендовать вам, это предрагоценный субъект, хоть я и сам только с утра знаком. Настасья Филипповна в недоумении смотрела на князя. — Князь? Он князь? Вообразите, а я давеча, в прихожей, приняла его за лакея и сюда докладывать послала! Ха, ха, ха! — Нет беды, нет беды! — подхватил Фердыщенко, поспешно подходя и обрадовавшись, что начали смеяться, — нет беды: se non и vero…[11] — Да чуть ли еще не бранила вас, князь. Простите, пожалуста. Фердыщенко, вы-то как здесь, в такой час? Я думала, по крайней ...

- 18 -


— Вы изверг! — крикнула Настасья Филипповна, хохоча и хлопая в ладошки как девочка. — Браво, браво! — кричал Фердыщенко. Усмехнулся и Птицын, которому тоже было чрезвычайно неприятно появление генерала; даже Коля засмеялся и тоже крикнул: “браво!” — И я прав, я прав, трижды прав! — с жаром продолжал торжествующий генерал, — потому что если в вагонах сигары запрещены, то собаки и подавно. — Браво, папаша! — восторженно вскричал Коля: — великолепно! Я бы непременно, непременно то же бы самое сделал! — Но что же барыня? — с нетерпением допрашивала Настасья Филипповна. — Она? Ну, вот тут-то вся неприятность и сидит, — продолжал, нахмурившись, генерал; — ни слова не говоря, и без малейшего как есть предупреждения, она хвать меня по щеке! Дикая женщина; ...

- 19 -


— А коли так — сто! Сегодня же сто тысяч представлю! Птицын, выручай, руки нагреешь! — Ты с ума сошел! — прошептал вдруг Птицын, быстро подходя к нему и хватая его за руку: — ты пьян, за будочниками пошлют. Где ты находишься? — Спьяна врет, — проговорила Настасья Филипповна, как бы поддразнивая его. — Так не вру же, будут! К вечеру будут. Птицын, выручай, процентная душа, что хошь бери, доставай к вечеру сто тысяч; докажу, что не постою! — одушевился вдруг до восторга Рогожин. — Но, однако, что же это такое? — грозно и внезапно воскликнул рассердившийся Ардалион Александрович, приближаясь к Рогожину. Внезапность выходки молчавшего старика придала ей много комизма. Послышался смех. — Это еще откуда? — засмеялся Рогожин: — пойдем, старик, пьян будеш ...

- 20 -



Страниц всего: 113
[1-10] [11-20] [21-30] [31-40] [41-50] [51-60] [61-70] [71-80] [81-90] [91-100] [101-110] [111-113]